Место интеллектуальной собственности в новом технологическом укладе

Максим Прокш, советник председателя правления Фонда «Сколково» по вопросам интеллектуальной собственности

В Гражданском кодексе РФ вопросам интеллектуальной собственности посвящена отдельная часть, которая описывает все правоотношения, связанные с оборотом нематериальных активов – музыки, фотографий, фильмов, видеоизображений, патентов, товарных знаков и иных объектов промышленной собственности. Сегодня эти активы становятся основой цифрового мира. В современных развитых государствах основная капитализация происходит не за счет сырьевого сектора, а за счет цифровой экономики и эксплуатации нематериальных активов. Если вы возьмете топ-5 крупнейших компаний мира, то обнаружите в списке интернет-гиганты и компании, реализующие цифровой контент, все это не связано с привычным нам аналоговым производством. Даже в обычном смартфоне стоимость материалов составляет порядка 30% себестоимости товара, а 70% - это интеллектуальная собственность: алгоритмы, программы, технологические решения.

Чем быстрее развиваются технологии, тем выше будет роль интеллектуальной собственности. Пока что большая часть населения ассоциирует интеллектуальную собственность, в основном, с медиаконтентом. Еще 20 лет назад получить доступ к контенту можно было только с помощью материальных носителей: кассет, дисков и т.д., на рынке процветало пиратство и многие компании зачастую безуспешно пытались пресечь контрафакт – не помогали никакие законы и устрашающие акции по уничтожению дисков бульдозерами. Все это происходило до тех пор, пока в стране не начал набирать силу широкополосный быстрый интернет.

Сейчас, по крайней мере, в крупных городах, уже не найти людей, которые пользуются аналоговыми способами использования информации. Стало гораздо проще через смарт-телевизоры или компьютер получать доступ к ресурсам с легальным контентом – хорошего качества, без купюр и, зачастую абсолютно бесплатно. Вопрос с компенсацией расходов поставщику услуг решается через другие способы монетизации, например, через рекламную модель. Кроме того, в связи с развитием цифровых технологий растет число не только пользователей, но и создателей цифрового контента. Теперь любой может разместить на какой-нибудь площадке ролик, и далеко не всем важна выгода здесь и сейчас. Выход к широкой аудитории через средства массовой коммуникации сегодня колоссально широк, а потому мы видим взрывной рост использования активов в сфере авторского и смежных прав.

Теперь такого же взрывного роста мы ожидаем по патентам и товарным знакам. Однако за последние 2-3 года количество вновь регистрируемых патентов в России находится приблизительно на одном уровне, и порой даже показывает негативную динамику. Причиной тому не только экономический кризис, сегодня во многих отраслях просто не прибегают к такого рода защите. Почему? Ответ прост: например, в IT-индустрии не так часто используется патентование, потому что на прохождение всех процедур уходит от полутора до двух лет, а жизненный цикл продукции гораздо короче. Получается, что патентование релевантно только для отраслей, которые требуют больших вложений и длительного срока использования патента – например, в фармацевтике.

Нельзя не отметить еще один момент. Само по себе число патентов ничего не значит, потому что можно запатентовать идею и не реализовать ее. И сам по себе патент кустаря-одиночки с точки зрения объектов промышленной собственности мало что значит в современном мире. Производство очень усложнилось, стало комплексным - сегодня рынку нужны готовые блоки разработок. На Западе даже появилось понятие IP-блоки – готовые сложные функциональные решения, которые покупают компании, не желающие тратить время, они включают в свою конструкцию уже готовый механизм, отработанный и акцептованный профессиональным сообществом. А дальше развивают следующий этап создания технологий с новой добавленной стоимостью. Так что даже для реализации потенциально интересного изобретения необходимо его включение в состав сложного объекта. Возникает вопрос – как понять, используется уже твоя идея в составе похожих продуктов или нет?

Тут мы подходим к необходимости развития платформы управления правами в сфере интеллектуальной собственности. Да, с точки зрения регуляторики наше законодательство вполне себе современно и позволяет многое для оборота результатов интеллектуальной деятельности. Но нам не хватает сервисов. Речь идет о создании единого окна или единой точки входа, где бы правообладатель мог разместить информацию о принадлежащем ему объекте, определить границы использования своих прав, стоимость их передачи или, например, готовность предоставить открытую лицензию, которая позволяет использовать объект неограниченному кругу лиц в разрешенных пределах.

Лифт, который выведет изобретателя на потребителя – это и есть сервисная технологическая платформа, которая нужна в современном мире. В России к ее строительству приступило Сколково совместно с научными организациями и авторскими обществами. Мы хотим сделать распределенную сеть, в которой будут фиксироваться все транзакции с результатами интеллектуальной деятельности, причем транзакция – это не только сделка, но и любое юридически значимое действие с объектом. Разместил правообладатель информацию об объекте – информация зафиксировалась в распределенном реестре, заключил лицензионное соглашение или продал объект - эти данные также сразу отразились в реестре и т.д.

Эта система должна решить несколько задач. Во-первых, увеличится скорость регистрации прав, а, значит, число объектов интеллектуальной собственности начнет кратно возрастать. Онлайн-сервис хорош тем, что после того, как ты заявил идею, ты можешь начать привлекать средства от инвесторов на развитие продукта еще до окончания процесса регистрации. Например, с помощью популярных сегодня краудфандинговых платформ. Эти современные средства коммуникации позволяют найти деньги на первые шаги для создания прототипа продукта. А уже после появления прототипа и регистрации результата интеллектуальной деятельности можно выходить на следующие раунды привлечения инвестиций.

Во-вторых, эта система позволит сделать данный рынок прозрачным и удобным для всех его участников. Она должна быть некоммерческой и строиться по принципу распределенных реестров – таких как блокчейн, который прежде всего призван формировать среду доверия. Пока что недобросовестный правообладатель может продать исключительную лицензию на свой товар нескольким покупателям, никто об этом не узнает, в результате объект права попадает под обременение и решить спор можно только в суде. Как сказал вице-президент НИУ ВШЭ Игорь Агамирзян, с которым мы обсуждали эту проблему: «Вы не правы, что рынка интеллектуальной собственности нет, он просто в основном теневой».

В-третьих, произойдет уберизация самого рынка интеллектуальных прав: онлайн-сделки по заключению лицензионных соглашений или отчуждению прав можно будет проводить без участия ведомств или людей-посредников, как это происходит сейчас; заработает сетевое онлайн-урегулирование конфликтов, таким образом существенно снизится нагрузка на судебную систему.

Новая система в режиме интерактива позволит проследить все историю возникновения и передачи прав. Только так можно сформировать цивилизованный прозрачный рынок интеллектуальной собственности. Как я уже говорил, никакие запретительные методы этого не сделают. Прозрачный рынок, в свою очередь, привлечет инвесторов, изобретения будут коммерциализироваться, доля высокотехнологической продукции - расти. Она позволит отечественным товарам выходить на зарубежные рынки, конкурировать с зарубежной продукцией, встраиваться в глобальные цепочки добавленной стоимости. Грамотное управление нематериальными активами, в первую очередь результатами интеллектуальной деятельности и их коммерциализация может стать ключевым драйвером развития цифровой экономики в стране.