Совершенствование ресоциализации заключенных снизит число повторных преступлений

В России среди осужденных, отбывающих наказание в исправительных колониях, 63% – это люди, которые судимы неоднократно. При этом уровень повторной преступности выше среди тех, кому в качестве наказания по предыдущей судимости был назначен реальный срок лишения свободы. Длительное лишение свободы, задуманное не только наказания, но и для исправления, на деле нередко только усиливает неприспособленность индивида к нормальной жизни в обществе. Об этом пишут эксперты Института проблем правоприменения в докладе «Ресоциализация в местах лишения свободы в России», подготовленном для ЦСР.
По данным исследования Валентины Городнянской, проведенному на выборке из 580 осужденных в 2012 году, более половины освобожденных по истечении «обычного» срока наказания (55%) и освобожденных условно-досрочно из колоний общего режима (68,5%) совершили повторное преступление в течение первых трех лет после освобождения. Эксперты ИПП и ЦСР решили разобраться в причинах такой статистики.

Трудовое перевоспитание, остающееся главным инструментом ресоциализации заключенных, демонстрирует свою несостоятельность: во-первых, в исправительных учреждениях России существует недостаток рабочих мест для осужденных (трудоустроено около трети из них); во-вторых, осужденные могут претендовать на очень скромную зарплату, не превышающую после всех вычетов 2000 рублей в месяц.

Хотя в России у преступника и есть право получить образование в исправительном учреждении (более 60% осужденных мужчин имеют образование не выше полного среднего), его качество оставляет желать лучшего. Обучение профессии, как правило, проходит на устаревшем оборудовании, это не позволяет освоить те навыки, которые действительно будут востребованы на рынке труда и помогу устроиться после освобождения.
Помимо образования и труда, в соответствии с законодательством, осужденные должны получать в исправительном учреждении психологическую поддержку, им должны помочь развить в себе дисциплинированность и чувство ответственности. Однако в нынешней пенитенциарной системе эта функция всегда является второстепенной по отношению к функциям контроля, обеспечения безопасности и предупреждения правонарушений.

При этом непосредственно с заключенными в колониях, СИЗО и других исправительных учреждениях работает только 28% сотрудников ФСИН. Остальные занимаются бюрократической работой. На одного представителя персонала пенитенциарного учреждения в России приходится 11 заключенных. В то время как в европейских странах этот показатель колеблется от 1 до 5. Неудивительно, что кадровый голод порождает проблему отсутствия достаточной компетенции у сотрудников.

Для учебы, работы и соблюдения правил исправительного учреждения основным стимулом является условно-досрочное освобождение (УДО). Но для многих осужденных УДО становится недостижимой целью, к которой они принимают решение не стремиться, так как даже небольшое количество нареканий со стороны сотрудников ФСИН может стать препятствием для положительной характеристики и решения суда об освобождении.
Резюмируя, можно сказать, что поддержка социальной реабилитации осужденных со стороны как государства, так и НКО недостаточна и несистемна. Ресоциализация заключенных в местах лишения свободы – важный шаг на пути к уменьшению числа повторных преступлений и, как следствие, к повышению безопасности повседневной жизни всех граждан.

Доклад «Ресоциализация в местах лишения свободы в России» является частью большого исследования пенитенциарной системы. Сейчас ИПП совместно с ЦСР изучает накопленный в разных регионах страны опыт реабилитации освободившихся из мест лишения свободы. Результаты этой работы будут представлены осенью.